Счастье или смысл: в чём мы больше нуждаемся?

Почему мы стремимся к счастью? Приносит ли нам радость обретение смысла жизни? Что говорит современная психология о связи этих понятий и значении для каждого из нас? На страницах Scientific American появился интересный материал известного психолога Скотта Барри Кауфмана, в котором учёный разбирается, что такое счастье и смысл жизни, и может ли быть между ними компромисс. Моноклер перевёл статью Кауфмана и публикует этот краткий экскурс в психологию с зарисовками несчастной, но содержательной жизни и счастливого, но бессмысленного существования.

«Люди могут напоминать других существ в их стремлении к счастью, но поиск смысла жизни является тем, что делает нас человеком. »
— Рой Баумейстер.

Стремление к счастью и смыслу – два центральных мотива в жизни каждого. Множество исследований (1) в области позитивной психологии показывают, что счастье и смысл, на самом деле, являются основными составляющими хорошего самочувствия. Эти два понятия сильно коррелируют (2) и часто подпитывают друг друга. Чем больше смысла мы находим в жизни, тем счастливее мы чувствуем себя, и чем больше мы испытываем счастья, тем более мы воодушевляемся на поиск новых смыслов и целей.

Но не всегда.

Возросшее количество исследований по этой теме показывает (3), что между стремлением к счастью и поиском смысла жизни могут быть как компромиссы, так и разногласия. Вспомнить хотя бы «парадокс родительства»: молодые люди часто сообщают, что были бы счастливы иметь детей, но родители, которые живут с детьми, как правило, дают очень низкую оценку своей удовлетворенности и ощущения счастья. Создается впечатление, что воспитание детей может негативно сказаться на счастье, но увеличить смысл. Или посмотрим на революционеров, которые на протяжении нескольких лет могут терпеть жестокость и насилие ради великой цели, что в конечном счёте приводит их к большему удовлетворению и ощущению смысла своей жизни и жизни других.

В своей восхитительной книге «Смыслы жизни» («Meanings of Life») Рой Баумейстер использует подобные примеры, чтобы доказать: люди стремятся не только к счастью, но и к обретению смысла жизни. Об этом же говорил выдающийся австрийский психиатр Виктор Франкл, когда описывал свой трагический опыт жизни в концлагере во время Холокоста, и утверждал, что людям свойственна «воля к смыслу.

В последние годы ряд экспериментов подтверждает эти тонкие различия между счастьем и смыслом. В рамках одного из исследований (4) Баумейстер и его коллеги обнаружили, что такие факторы, как ощущение связи с другими, ощущение продуктивности, нахождения не в одиночестве и отсутствие скуки способствовали появлению как ощущения счастья, так и смысла происходящего. Тем не менее, ученые также нашли некоторые важные различия в нашем отношении к этим сторонам человеческого бытия:

— Определение своей жизни как лёгкой или трудной было связано с ощущением счастья, а не смысла;
— Здоровое состояние чаще связывают со счастьем, а не со смыслом;
— Хорошее настроение также вызывало счастливые переживания, а не ощущение смысла;
— Нехватка денег больше влияла на ощущение счастья, чем на ощущение смысла;
— Люди, чья жизнь была наполнена смыслом, соглашались, что «отношения дороже достижений»;
— Помощь нуждающимся людям была связана с вопросом смысла жизни, не счастья;
— Глубокие размышления крепко связаны с осмысленностью, а не со счастьем;
— Счастье было больше связано с позицией получателя, а не дарителя, в то время как осмысленность больше коррелировала с позицией дающего, а не получающего;
— Чем больше люди ощущали, что их деятельность была совместима с важными для них темами и их ценностями, тем больший смысл они вкладывали в свою активность;
— Видение себя мудрым, творческим и даже тревожным было связано с вопросами смысла и не имело никакого отношения к счастью (в некоторых случаях даже показывало отрицательную связь).

Похоже, что счастье больше связано с удовлетворением потребностей, получением того, что вы хотите, и общим хорошим самочувствием, в то время как наделение чего-либо смыслом связано с уникальной внутренней работой человека – поиском и освоением собственной идентичности, самовыражением и осмыслением своего прошлого, настоящего и будущего опыта.

Подтверждение этой идеи можно найти в недавно вышедшем лонгитюдном исследовании (5) Джо Энн Айб о влиянии счастья и создании смысла. Её работа преодолевает некоторые ограничения предыдущих исследований из этой сферы, например, опору на опросники участников и оценку счастья и смысла в определённый момент времени.

Эйб анализирует меру счастья и ощущение присутствия смысла в жизни людей, основываясь на еженедельных журналах, которые писались в течение одного семестра. Участникам была предоставлена свобода писать, о чём им хочется, с детальным анализом их мыслей и чувств. Таким образом, данное исследование позволило людям анализировать свои эмоции и осмысливать свой опыт на протяжении времени.

После этого журналы были проверены с помощью компьютерной программы (6), анализирующей текст, которую разработал Джеймс Пеннебейкер с коллегами. Счастье оценивалось по частоте слов, описывающих положительные эмоции (смеяться, рад и т.д.).

Со смыслом немного сложнее. Существует точка зрения (7), что «смысл» состоит по меньшей мере из двух компонентов: когнитивной обработки, включающей осмысление и интеграцию опыта, и компонента цели, который является более мотивационным и включает активное преследование долгосрочных целей, таких как поиск собственной идентичности и преодоление узких эгоистических интересов. Эйб оценивала когнитивный компонент смысла, анализируя частоту причинных слов («например», «потому что», «причина») и слов, связанных с пониманием («например», «понять», «осознать»). Целевой компонент смысла оценивался с помощью анализа частоты использования местоимений третьего лица, которые могли бы указывать на отдаленные перспективы и планы на будущее этого третьего лица.

Что нашла Эйб? Во-первых, результаты показали, что частота положительных эмоций была очень мало связана с оценкой адаптивного поведения испытуемых на стадии реализации их планов (время которого варьировалось от полугода до 7 лет). По факту, положительная эмоциональность была чаще связана с подавлением эмоций впоследствии. Этот вывод согласуется с другими исследованиями, показывающими, что даже если создание смысла связано с отрицательными эмоциями на раннем этапе, это может способствовать большей гибкости и благополучию в долгосрочной перспективе.

Это открытие также демонстрирует потенциальную темную сторону безмятежного счастья. В то время как счастье способно заставить нас чувствовать себя хорошо в данный момент, со временем избегание негативных мыслей и чувств может остановить рост личного развития. В конце концов, для развития личности необходим весь спектр эмоций (8, 9). Существуют также исследования, которые показывают, что долго длящееся счастье порождает в конце концов повышенное чувство одиночества (10) и снижение ощущения благополучия (11).

В противоположность этому, измерения смысла (когнитивных процессов и целей), так или иначе присутствующего в текстах, показали положительную связь с большей адаптированностью экспериментируемых. В частности, склонность к когнитивной обработке коррелировала с твёрдостью характера (страстью и упорством в достижении долгосрочных целей), а самодистанцирование было прочно связанно с благодарностью и хорошим самочувствием и отрицательно — с подавлением эмоций. Более того, взаимодействие между когнитивной обработкой и самодистанцированием дополнительно связаны со степенью адаптации. Есть основания полагать, что создание смысла наиболее влияет на адаптацию, если о будущих перспективах мыслить в категориях третьего лица (он сделает, у него получится и т.д.).

Это исследование уточняет некоторые положения активно формирующейся науки смысла (3). При изучении смысла и его сходства и различия со счастьем важно использовать различные методы. В дополнение к письменному самоанализу и написанию журналов другие исследователи используют аналоги оценок (12) и геномные методы (13). Чтобы получить более полную картину, мы должны смотреть на общие данные, которые мы получаем с помощью всех этих методов.

Хотя это исследование было сфокусировано на различиях между счастьем и смыслом, следует отметить, что оптимальное состояние человека часто зависит от обоих факторов. Как отметил Тодд Кашдан с коллегами, «годы исследований психологии благополучия показали, что люди чаще счастливы, когда они вовлечены в значимые занятия и деятельность, приносящую благо». Действительно, когда мы вовлечены в работу, которая соответствует нашим лучшим сторонам (нашему лучшему «Я»), мы часто отмечаем самые высокие уровни удовлетворенностью жизнью.

На мой взгляд, дальнейшее исследование сходства и различия между счастьем и смыслом может внести существенный вклад в наше понимание заветной точки эмоционального благополучия: этой кажущейся магической комбинации счастья и смысла, основанной на значимости и благе, которая в конечном счёте может привести нас к лучшей жизни. Это было бы действительно значимо.

Об авторе:

Скотт Барри Кауфман — психолог, автор книг, руководитель научного направления Института воображения при университете Пенсильвании.

Ссылки на исследования: 
1. Мартин Е.П. Селигман. Flourish: Прозрение Новое понимание счастья и благополучия (2012 г.). 
2. Тодд Б. Кашдан, Роберт Бисвас-Диенерб и Лаура А. Кингс «Переосмысление счастья: затраты на различие между гедоникой и эудаймонией». Журнал положительной психологии: посвященный дальнейшему исследованию и продвижению хорошей практики Vol. 3, Issue 4, 2008, p. 219-233

3. Пол ТП Вонг «Человеческий поиск смысла: теории, исследования и приложения (личность и клиническая психология)»

4. Рой Ф. Баумистера, Кэтлин Д. Вохсб, Дженнифер Л. Аккерс и Эмили Н. Гарбинский «Некоторые ключевые различия между счастливой жизнью и значимой жизнью». Том 3, Issue 4, 2008, p. 219-233.

5. Джо Энн А. Абэ «Продольное последующее исследование счастья и смыслотворчества». Журнал положительной психологии: посвященный дальнейшему исследованию и продвижению передовой практики (2015).

6. «Психологическое значение слов: LIWC и методы компьютерного анализа текста». Journal of Language and Social Psychology 2010, 29: 24.

7. Пол Т. П. Ван «Десятилетие смысла: прошлое, настоящее и будущее»

8. Тодд Кашдан (автор), Роберт Бисвас-Динер (автор), Джефф Каммингс («Читатель») «Поверхность вашей темной стороны: почему быть вашим целым самим собой не просто ваш« хороший »успех и выполнение SelfDrives» / Аудиокнига.

9. Джо Энн А. Абэ. «Теория дифференциальных эмоций как теория развития личности». Эмоциональный обзор, 18 ноября 2014 года.

10. Мосс, И. Б., Савино, Н. С., Андерсон, К. Л., Вайсбух, М., Тамир, М., Лауденслагер, М. Л. (2011, 12 сентября). Стремление к счастью может быть одиноким. Emotion. Предварительная онлайн-публикация. doi: 10.1037 / a0025299

11. Ирис Б. Мосс, Майя Тамир, Крэйг Л. Андерсон, Николь С. Савин «Может ли Счастье сделать людей счастливыми? Парадоксальные эффекты оценивания счастья ». Emotion. 2011 авг; 11 (4): 807-815.

12 Тайлер Ф. Стиллман1, Натаниэль М. Ламберт2, Фрэнк Д. Финчэм2 и Рой Ф. Баумейстер «Значение как магнитная сила: доказательство того, что значение в жизни способствует межличностному обращению». Социальная психология и личность. 000 (00) 1-8.

13. Барбара Л. Фредриксон, Карен М. Грюен, Кимберли А. Коффи, Сара Б. Алго, Энн М. Файрестин, Иисус М. А. Аревало, Джеффри Ма, Стивен У. Коул «Функциональная геномная перспектива человеческого благополучия». PNAS.

По материалам: «Тhe Differences between Happiness and Meaning in Life», Scientific American.
Перевод: https://monocler.ru/schaste-i-smyisl/
Иллюстрация: Семейная вечеринка, Италия, 1983. Leonard Freed/Magnum.

Взято тут Gaverdovskaya Studiо

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *