Навязчивости. Как с ними работать в гештальт подходе?

Навязчивости – непроизвольно возникающие страхи, мысли, идеи побуждающие к действиям, которые  сопровождаются критикой, стремлением к их активному, но безуспешному преодолению.

Навязчивости возникают в 3-х формах:

  1. Эмоциональной: страхи, фобии;
  2. Мыслительной: обсессии;
  3. Двигательной: компульсии, ритуалы.

Навязчивости в большей части определяются стилем взаимоотношений в родительской семье. Это семьи, в которых есть много умалчиваний. «Вырастишь – поймешь!». Сильная табуированность тем, связанных агрессивностью и сексуальностью. В семейной истории таких людей часто присутствует не столько  холодность, сколько  жесткие психологические и поведенческие границы. Родители часто ведут себя на людях иначе, чем дома, где они становятся «другими людьми».

В таких семьях  могут быть тайны или события, которые нельзя обсудить, и интерес к ним жестко пресекается, что генерирует напряжение и  тревогу,  переходящие в навязчивость. Например, ребенок при гостях, спрашивает нечто про папу, что мама, хотела бы оставить в секрете.  Следовательно натыкается на смущение мам,  гостей и не получает ответа.  Ему дают понять, что туда лезть нельзя.  Внутри ребенка возникает агрессия от которой он стремится избавится, поскольку ее трудно переработать и она встречается со множеством смущающих откликов окружающих. Осознать, развить и разместить свою злость невозможно. Так эта агрессивная энергия отщепляется, как не его, чтобы не испытывать напряжения. Но тем не менее в фоне она есть и может оформиться в одну из форм навязчивостей.
Следовательно, появление навязчивости – это творческое приспособление человека, которое помогает справиться с тревогой. И торопиться избавлять человека от симптомов нельзя. Симптомы уйдут сами, когда человек приобретет способ по- новому реагировать на окружающую среду.
Так же семьи в которых формируются подобные расстройство  отличаются следующим :

¾     Ритуализированное отношение к определенным формам активности. Например, ритуалы, связанные с приемом пищи;

¾     Тренировка детей в том, чтобы те дефлексировали свою активность – например, «если злишься, то должен проехать несколько километров  велосипеде»;

¾     Внезапное и абсолютное «выключение» привязанности, если  ребенок преступает какие-то жесткие рамки, имеющиеся в отношении эмоций и поведения;

¾     Упорное отрицание всего, что связано с сексуальностью, агрессивностью, при этом насилие в этой семье не исключается. Оно отрицается.

Все это настолько скрыто (даже для самой семьи), что обычно не выходит наружу при психологическом интервью. Детские травмы обычно трудно определимы из-за своей «тонкости» (например, травма, наносимая лишением привязанности, когда мама не разговаривает с ребенком какое-то время).  Либо же слишком ужасны и просто отщепляются – угроза смерти, убийства, угроза того, что если какой-то факт проявится, то это разрушит семью. Это все  часто порождает, не просто  обсессивно- компульсивные расстройства, но и множественное расстройство личности.

Согласно Питеру Филипсону и тому и другому расстройству свойственен один и тот же механизм прерывания контакта – дефлексия, это когда какая-то часть активности/мышления/чувств не является мною. Аналитики бы называют  это расщеплением.  Причем, когда эта отщеплённая часть начинает сближаться с «основной частью» личности, то приводит к росту переполняющей тревоги.

Как работать с такими Клиентами?

Навязчивости формируется, когда я не могу найти ресурс внутри себя, т.к. это есть во вне у другого  человека. Задача при работе с навязчивостями – ухитриться совершить финальный контакт. В данном случае, чтобы человек нашел ресурс внутри себя.

Бывает  человек регулярно не завершает какой-то проект. Это тоже может быть  проявлением навязчивости. Изловчиться перевести его с фазы контактирования, к фазе финального контакта, преодолевая механизмы прерывания контакта: дефлексию, эготизм, ретрофлексию. Это и есть важнейшая задача терапии.

Ведь навязчивость – это когда энергия на действие не реализуется, не принимается и не осознается,  и следовательно отщепляется и далее либо проецируется во вне – тогда это фобии, или внутрь – тогда это обсессии, ритуалы.

За любой навязчивостью, скрывается тревога, идущая от сексуальной или агрессивной  энергии, которую человек не замечает, поскольку для него это разрушительно. Вследствие  возникновения осознавания вины, стыда… Источником  может быть внутренний конфликт, то, что я в себе не принимаю или же травма.

Например, мама не принимает в себе то, что злится на собственного ребенка. Как результат – формирование фобии  острых предметов, которые «якобы» могут поранить или убить  ребенка. Отсюда видим, что агрессивная  энергия направленная на ребенка, трансформируется в  чрезмерная тревогу, проявляющуюся в страхе острых предметов, ножей, которыми мама боится, что ребенок может травмироваться.

При исчезновении источника направленной тревоги – исчезает навязчивость. Например, мама осознала свой внутренний конфликт и наконец – то начала чувствовать, когда злится на ребенка и разрешать себе это чувство  размещать в контакте с ребенком, выстраивая более здоровые отношения.

Таким образом, данная фобия была «отводом» энегрии от злости и агрессии к своему ребенку.

Гордон Уилер прежде всего при работе с навязчивостями предлагает вводить следующие положения:

  1. Чувства имеют значение, это тонкая и комплексная часть нас самих, которая служит для того, чтобы ориентировать нас, указывать нам точку, куда мы хотим идти. Если мы не знаем наших чувств, не имеем языка для наших чувств, тогда мы действуем без компаса.
  2. Нам следует узнать наши чувства, развивать и артикулировать, и ньюансировать этот язык, исследуя их с помощью другого человека, имеющего интерес к вашему внутренему миру;
  3. Поведение всегда имеет смысл или смыслы и интересно, важно и очень даже возможно для нас постигнуть каковы эти смыслы;
  4. Наконец, если мы работаем вместе, то я буду настаивать на своей вовлеченности во внутренний мир Клиента.

Ирина Булюбаш при терапии навязчивых состояний предлагает следующие стратегические ходы:

  1. Побудить Клиента удерживать фигуру, не давая ей скрыться в фоне;
  2. Стимулировать осознавание перехода к действию и внимание к прерываниям этого процесса;
  3. Акцентировать фазу действия в эксперименте, т.е. способствовать наиболее полному выражению себя в действии и ассимиляции опыта.

Источники:

  1. Записи с семинара по обсессивно – компульсивным расстройствам от 04.2014г. Сергея Кондурова (Директор Интегративного Института Гештальт Тренинга, психиатр, гештальт-терапевт, супервизор, Члена Европейской ассоциации гештальт – терапии).
  2. Булюбаш И.Д. Процесс контакта у пациентов с обсессивно-компульсивными расстройствами.
  3. Philippson P. Obsessive – compulsive disorder
  4. Wheeler П. Compulsion and Curiosity: A Geshtalt Approach to Obsessive — Compulive Disorder — British Gestalt Journal? 1994 — Volume 3 №1

Трофимова Татьяна Сергеевна

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.